После такого зрелища обижать незнакомых мальчишек ей наверняка расхочется.

— Привет, — Стас улыбнулся мне бледно и нервно.

Он изменился. Из высокого спортивного мальчика с густой челкой, красиво падающей на глаза, превратился в обычного мужичка с пузиком, лоснящегося от самодовольства и сытой жизни, но так и не научившегося чувствовать себя в костюме свободно.

— Привет, — я улыбнулась ему в ответ.

Так было даже лучше. Проще. Ничто в нём не выдавало больше парня, из-за которого я даже не плакала, но так много думала о том, что же именно сделала не так.

— Юлька сказала, что ты в городе. Я так рад тебя видеть.

Взгляд его зелёных глаз скользнул по мне быстро, но оказался очень цепким. Он как будто ощупывал, сравнивал меня с образом в своей памяти.

Когда-то, сидя на скамейке в парке и держась за руки, мы представляли, какие глаза будут у наших детей, если у него зелёные, а у меня карие.

— Я не знала, что ты взлетел так высоко. Мои поздравления.

Я выразительно оглядела салон, попутно мысленно отметив, что стоимости одного автомобиля мэрии хватило бы на хороший косметический ремонт в Выставочном центре.

— Спасибо. Сам не ожидал, — Стас выдал еще одну дерганную улыбку, а потом сказал самое смешное, что только можно было придумать в этой ситуации. — Ты изменилась.

— Мы все, — к счастью мой смех можно было выдать за радость от встречи. — Ходишь в народ?

— Узнал, что ты будешь в центре. Как раз подъехал, когда ты выходила.

Он с радостью подхватил разговор, как будто сам не мог предложить тему.

А впрочем… Наверняка не мог. Бывшим одноклассникам, как правило, не о чем разговаривать.

— Значит, торгуешь предметами искусства?

— Подбираю экспозицию для галереи.

— Говорят, очень известной.

— Да Юлька успела тебя просветить!

На этот раз натянуто улыбнулись мы оба.

Понимая, почему он меня искал, я всё ещё недоумевала, зачем было делать это с таким апломбом.

Хотел продемонстрировать, сколько многого добился?

Дёшево, Стас. Слишком дёшево…

— И как мэрская жизнь? Несешь ответственность за судьбу родного города?

— Не совсем так, как ожидалось, — он поерзал на кожаном сидении, разворачиваясь удобнее, и, наконец, на что-то решился. — Слушай… У меня совещание через полчаса. Давай поужинаем сегодня. Ты ведь в «Лагуне»? Если хочешь, я приеду, просто спустишься в ресторан.

Представив, как ужинаю в том ресторане с мэром, я едва не рассмеялась снова, хотя в целом идея была любопытной. Оставалось только пригласить Александра присоединиться к нам.

— Нет, туда точно не стоит. Слышал про погибшую администраторшу?

Стас свел брови, демонстрируя глубокую озабоченность:

— Нет, не припомню.

В то, что сколько-нибудь вменяемый мэр мог не знать о подобном, мне верилось слабо, — как минимум потому, что «Лагуна» считалась лучшим в Старолесске отелем, а следовательно, туда должны были заселять всех высоких и сколько-нибудь значимых гостей.

— Думаю, твое появление в любом случае вызовет излишний ажиотаж. Так что лучше давай в городе.

Он нахмурился снова, посмотрел на часы.

— В семь в «Орле». Тебе будет удобно?

Я пожала плечами, стараясь не задумываться прямо сейчас о том, зачем вообще соглашаюсь на этот ужин:

— Да, вполне.

Стас кивнул, пошарил по сидению за своей спиной, очевидно, в поисках телефона:

— Тогда договорились. Оставишь свой номер на всякий случай?

«Орел» уже лет пятьдесят считался лучшим в Старолесске рестораном. В советское время туда было почти не попасть, а после цены всегда в два-три раза превышали средние по городу.

Войдя в зал и оглядевшись, причину этого я так и не поняла.

Когда-то, когда заведение снабжалось особым путем, и здесь можно было поесть так, как нигде больше, это было оправдано.

Теперь же золото и светлая драпировка смотрелись едва ли не жалко, — с претензией, но без изыска и вкуса. Не доставало разве что атласных чехлов с бантами, надетых на стулья.

Расположившийся за отдельно стоящим столиком Стас вскочил мне навстречу, чтобы перехватить у официанта, который, стоило мне появиться, принёс не слишком большой, но достаточно красноречивый бело-розовый букет.

Павлов всегда дарил мне светлые цветы, объясняя это тем, что они подходят к моим светлым волосам.

Он слишком много суетился, хотя и пытался маскировать эту суетливость под спокойное достоинство уверенного в себе и успешного человека, рассказывал какие-то забавные истории, — к счастью, о городе и мэрии, а не о бывших одноклассниках, — и я постепенно почувствовала, как раздражавшее меня весь остаток дня напряжение начинало уходить.