Но из-за приехавшего важного гостя огневую тренировку пришлось временно приостановить.

– Это ты, что ли, тут командир? – спросил гость, протягивая руку.

Паша смерил его взглядом, стараясь показать профессиональную пропасть, которая лежала между ними, и, выждав гнетущее мгновение, подал руку:

– Командир стрелковой роты снайперов старший лейтенант Шабалин, – представился он по всей форме, стараясь при этом сразу определить исключительно официальный стиль предстоящего общения. – Мне сообщили, что приедет человек от командира бригады с просьбой помочь пристрелять новые винтовки.

– Да, – кивнул человек. – Это я – Сергей Иванович. Генерал-лейтенант казачьего войска!

Паша на миг отвернулся, чтобы скрыть невольно возникшую улыбку – ну не переваривал он представителей этого войска, все больше напоминавших ему клоунов из бродячего шапито.

Присутствие на закрытом войсковом стрельбище посторонних людей совершенно не радовало Павла, но буквально за полчаса до этого ему на сотовый телефон позвонил комбриг и по-дружески попросил помочь, как он сказал, «спонсору», пристрелять новые винтовки. Пришлось загнать своих бойцов в дальний угол стрельбища, а одного из взводных назначить старшим при проведении занятий по «обороне здания». И рота, в которой было полсотни снайперов, потянулась вереницей по узкой тропе в сторону «килл-хауса» – двухэтажного здания с пустыми проемами окон, повидавшего на своем веку много пуль и осколков гранат, отметины которых виднелись по всей поверхности многострадальных каменных стен.

По одежде было видно, что приехал далеко не бедный мужик – очень дорого он был одет, увешан золотом, а что было в двух оружейных чехлах, Паша боялся даже представить.

– Показывайте! – сказал Шабалин.

Два кофра легли на плащ-палатку, расстеленную на земле. Еще мгновение, и гость извлек на свет две винтовки – «штейер-манлихер» 338-го калибра и «зауэр» 308-го калибра. Ложа и приклады обеих винтовок были инкрустированы серебром и золотом. Достал он и оптические прицелы, от вида которых командиру снайперской роты чуть не стало плохо – от черной зависти: отчего же у него, защитника своей страны, нет таких прицелов? Стоящий неподалеку БТР-80 десантно-штурмового батальона, наверное, по остаточной стоимости с учетом износа и срока службы стоил в несколько раз меньше этих двух прицелов.

– На какую дальность будете работать? – спросил Паша, аккуратно принимая в руки «зауэр».

– На большую, – важно сказал казачий генерал. – Очень большую. Давай метров на сто…

– На сто? – Паша не смог сдержать усмешки.

Стоявший неподалеку старшина-контрактник Максим Жиганов громко усмехнулся и, чтобы скрыть усмешку, тут же натуженно закашлялся, мол, горло запершило.

– А что? – Глаза генерала блеснули торжеством. – Не сможете? Далеко?

– Попробуем, – ответил Паша.

Закрепив прицел, он расположился на плащ-палатке перед стрелковым направлением, где пристрелочные мишени были установлены на дальность сто метров, расположил винтовку на специальном опорном мешочке и, прицелившись открытым прицелом, аккуратно, стараясь не сдвинуть положение винтовки, чуть приподнял голову, заглядывая в окуляр оптики.

– Мил-дот… – сказал Шабалин, отмечая глазом разницу в наводке прицелов.

– Чего? – спросил казачий генерал.

– Сетка прицела, говорю, мил-дот, – повторил Паша. – Крест, размеченный точками по одной тысячной каждая. Так, ну в целом нормально. Сейчас подкрутим, и все будет в ажуре.

Он снял предохранительные колпачки с маховичков прицела и покрутил их настолько, насколько ему показалось необходимым, после чего снова приложился к винтовке. Проверив еще раз наведение через открытый, а потом опять через оптический прицелы, он повернулся к гостю:

– Дайте четыре патрона.

– Вот, – «генерал» с готовностью отсчитал блестящие патроны, которые Паша по одному вставил в обойму винтовки.

Найдя через прицел пристрелочную мишень, с десяток которых висели на стометровом рубеже, Паша мягко потянул спуск. Винтовка громко ухнула и коротко отдала в плечо. Сохраняя единообразие прицеливания и положение своего тела, Шабалин высадил в мишень остальные три патрона и, отложив винтовку в сторону, поднялся. Старшина Жиганов собрал гильзы.

Тут же на огневой позиции на треноге стоял прибор наблюдения, через который Паша рассмотрел свои пробоины, после чего немного прокрутив вертикальный и горизонтальный маховички прицела, попросил еще четыре патрона. Вторая серия легла в районе центра черного пристрелочного квадрата, после чего, щелкнув маховичками еще раз, Паша, наконец, сказал:

– Эта готова. Можно для верности еще стрельнуть, но я уже привел ее к точному бою.

– А давайте! – «Спонсор» отсыпал Паше еще четыре патрона.

Шабалин зарядил винтовку и лег, но стрелять не стал и повернулся к «генералу»:

– В принципе, из этой винтовки на сто метров можно попасть в гильзу. Кучность винтовки очень высокая – меньше одной угловой минуты, и из четырех выстрелов хоть одна пуля, да зацепит гильзу. Для вас могу показать, как это делается с одного выстрела!

– Попробуем! – согласился «генерал». – Очень любопытно! Если попадете в гильзу с одного раза, выставлю бутылку дорогого коньяка!

– Макс, – ротный подмигнул своему старшине. – Поставь гильзу!