– Бежать всем! На воздух! – вскричал Брокандо.

Манранги уже устремились к двери. Опрокидывая столы, люди вырывались из зала на свободу. По дороге, на бегу, они подхватывали своих детей.

Чтобы удержаться на ногах, Писмайр ухватился за колонну в то время, как они толпой протискивались мимо него, и кричал, стараясь перекрыть шум:

– Пони! Привяжите пони к повозкам!

Теперь было хорошо заметно, как раскачиваются лампы. Кувшин скатился со стола и разлетелся вдребезги на полу.

Несколько свечей качнулись и накренились в бешено раскачивающихся люстрах.

Послышался отдаленный грохот. Содрогнулась вся скала. Вздрогнула и осела дверная коробка. Гларк вышел вперед, растолкав оторопевшую толпу, и подпер дверь плечами, и стоял так, обвив каждой рукой по украшенному столбу двери, пока люди торопливо выкарабкивались наружу, проходя под аркой его рук и проползая между ногами.

Снибрил уже вел ржущих пони к стойлам. Люди быстро погрузились в повозки, и те тотчас же тронулись. А зал уже полыхал.

Снибрил поднял и усадил несколько дефтминов на спину Роланда и направил коня вслед за повозками, потом пробился сквозь поток людей к двери зала. Гларка уже повалило на колени: лицо его стало пурпурным от прилива крови, на шее тяжело бились вены. Снибрил схватил его за руку:

– Пошли! Сейчас рухнет все здание!

– Нет, – послышалось низкое ворчание, – там, внутри, еще Писмайр и другие!

Еще одно содрогание потрясло зал. Треснула колонна, и Гларк прохрипел:

– Убирайся с дороги, – голос уже не повиновался ему и звучал как шепот, – оно сейчас рухнет.

Внизу под ногами скала дрогнула.

– Я… я приведу людей с балками и всем, что надо! – сказал Снибрил. – Мы скоро выберемся! Не уходи!

Гларк крякнул, а Снибрил поспешил прочь.

В дыму возникла фигура Писмайра. Его лицо было обвязано лоскутом, оторванным от одежды; он гнал перед собой нескольких обезумевших бражников. Он протолкнул их под рукой Гларка, выгнутой аркой.

– Что ты здесь делаешь? – спросил он.

– Хочу войти в легенду, – ответил Гларк.

Бейн ощупью пробирался сквозь лавину огня, прижимая к лицу тряпку.

– Пошли, – сказал он, – Брокандо открыл потайную дверь.

– Помоги мне сдвинуть этого идиота, – сказал Писмайр.

– Кажется, его заклинило, – ответил Бейн.

– Прославлюсь как герой, – сказал Гларк.

– Заткнись! – прикрикнул Писмайр. – Вот что происходит, когда легенды падают в пустую голову.

– Как бы то ни было, но глупо заклиниваться в двери, как это делаешь ты…

Гларк с трудом повернул голову.

– Что? – спросил он.

– Я это называю «дуростью», тупица, – сказал Писмайр, – потолок в дальнем конце зала обвалился.

– Почему… ты… сумасшедший… старый, – начал Гларк.

Он встал на колено, потом на оба, потом медленно поднял балку над головой. Затем шагнул вперед и помахал пальцем перед носом Писмайра. – Эта стена упадет внутрь.

Они взяли его за руки и, спотыкаясь, стали выбираться, когда дверная коробка со стуком обрушилась на пол, проломив его. Писмайр, кривясь, посмотрел на потолок.

– Живо!

Брокандо стоял у двери на лестницу.

– Пошли!

Гларк закашлялся. Писмайр сунул ему в руки тряпку.

– Накрой ею рот и нос! – сказал он ему. – Тряпка влажная! Помогает от дыма! Информация, крайне важная для спасения!

– Вкус вина, – заметил Гларк глухим голосом в то время, как они наполовину проталкивали, наполовину проносили его в дверь.

– Только он один здесь и был! – сказал Писмайр. – А теперь вниз!…

И тут вся кровля обвалилась.

Они бежали вниз по ступенькам. Остальные несли Гларка, как таран. Грохот затихал вдали, и все, что им было слышно, это топот ног по камню.

– Мы еще не выбрались из ворсинок! – задыхаясь, кричал Брокандо.

– Что… это… значит? – спросил Писмайр.

– Никаких факелов!

У Писмайра хватило силы только крякнуть.

Они гурьбой ввалились в маленькую дверцу у подножия лестницы и лежали в темноте, задыхаясь и стараясь восстановить ритм дыхания.

– Нам никто не придет на помощь, – послышался голос Брокандо, – дверь сейчас завалена грудой обломков.

– Думаешь, ты сумеешь найти в темноте дорогу к статуе? – спросил Бейн.