Попутные песни
вернуться

Евстифеев Роман
Шрифт:

Сказка про печень

Посадил дед… печень. Выросла печень большая-пребольшая! Ходить, сидеть, и, самое главное, жить — мешает. Важная вещь — печень. Надо лечить. Да платить нечем. Жалко, да кричи не кричи, а бесплатно не помогут врачи. Без денег посмотрят, конечно, не спеша, без кипешу, Ну и рецептик какой подешевше выпишут. Куда уж, мол, деду этому торопиться? Пожил уж себе, можно остановиться. Вот так на тот свет отправят, вместо печени — печать на бумаге справят. Говорят, что медицина бесплатная вроде По Конституции, Но раздавать деньги народу Не по инструкции. А дед-то был — работяга. Всю жизнь одна и та же бодяга — Шоферил, ездил в Псков и Тольятти, Возил запчасти для сельхозпредприятий. И за это имел он дома Вымпел и грамоту от обкома, Вазу и пепельницу от профкома, И уважение друзей и знакомых. Детишек пяток, внуки, снохи… В целом, был созвучен эпохе, В чистоте и порядке содержал грузовик. Передовик. Широко не жил, Денег не скопил. Пил. А в больнице что — объяснять никто не будет — Кругом, понимаешь, больные люди, Дед постоял-постоял у крашеной стенки, Посмотрел, как ходят пациенты да пациентки, Да и пошел, как ему подсказали, в Управление, Чтоб, значит, получить на лечение направление. И печень понес, естественно, туда, А куда ж без нее, теперь никуда. А печень уже ждать не может, Гложет его изнутри и гложет… Пришел дед, а чиновник, естественно, занят, Надо ждать, а сколько — Бог знает, Присел дед прямо на ступеньках, на выходе Чтоб полегче было дышать на выдохе, А кругом ходят туда сюда всей нашей хорошей жизни виновники, Важные и не очень чиновники, Бумаги несут и просто так, В общем, не до старика. Вот так и прикорнул наш дед, тут же, на лестнице, И вот то ли сон ему снится, то ли просто мерещится… Глядь — а перед ним. мм-мм…, ну кто-то из этих… То ли Путин, а то ли Медведев, В общем, кто-то из них, поди разбери, Хорошо хоть их два, а не три. Ну и говорит ему этот, небольшого роста: Понимаете, не все так просто. Понимаете, у нас с деньгами не очень. У нас еще Олимпиада в Сочи. Ну, и еще одна-две маленьких войны намечаются, С Украиной, или с Грузией, На худой конец с Белоруссией. Слава Богу, есть у нас еще добрые соседи, которые с нами граничат. Им, как и вам, от нас не сбежать! Еще ЖКХ у нас, тоже проблема, но мы ее решаем…. Дороги, ну и всякое такое. Но нефть дорожает! Значит, зарплаты вырастут, пенсии, на три или даже процентов на семь! Немного, но стабильно. Нельзя же, что б сразу всем… Рожают, кстати, существенно больше, Умирают пока не меньше (это не про вас, ха-ха), Не все еще в порядке, конечно, но — это пока. Ведь все-таки сегодня — у нас уже лучше, чем вчера! А завтра будет совсем хорошо! Но.. мне пора, Простите, у меня делегация, По поводу, как раз, модернизации Здравоохранения. В общем, вы — идите. Мы внесем в Думу закон — Чтоб печень лечили бесплатно! Потерпите немного — и возвращайтесь в больницу обратно. И пошел дед оттуда со своею печенью И со своею печалью, Даже справки не взял с печатью, Так и ушел, не солоно хлебавши, Но кое-что понявши: Раз нету пока закона — умирать, значит, вполне законно. Что он и сделал, без особого, прямо скажем, желания, Но с гораздо большим после разговора пониманием. Пожить бы рад еще — Да пора на кладбище. Купил в аптеке аспирин ненастоящий — И сыграл в ящик. Лег, полежал немного в коме — И помер. Не дождался дед принятия закона в Думе — И умер. Оставил детям да внукам квартиру — И ушел с миром, И вообще, все, что сделал — все осталось людям, А Закон…. Его, скорее всего, так и не будет. Июль 2011

Я не еду…

(опыт параллельного жизнеописания)

Ехали Медведи

На велосипеде,

А за ними Кот

Задом наперед…

жизнь представилась мне в виде кладбища моих иллюзий, из меня не вышел лидер, получился, значит, лузер, так спокойнее, наверно, слушать мирно звук гобоя в редкой записи Мадерна на виниловых обоях пусть другие догоняют, абы как, хоть к верху задом, как угодно, вертухаи, а меня не трожьте, гады, гляньте, нету ли там дыма догорающей Вандеи? или это просто мимо пропылили на тандеме? крепко в руль вцепились руки седоков велосипеда, ну, быстрей за ними, суки, я не еду, я не еду… 8 августа 2011 г.

Малость

ах, Боже мой, какая малость: забыться вовремя суметь — и отойдут болезнь и старость, и даже смерть, и даже смерть… забудь, что будешь сам убогим, про старость и болезнь — забудь, ждут впереди тебя — дороги, и светлый путь, великий путь… не думай! Оставайся юным, все, чтоб не думалось, — дадим! а мы, больные старцы, будем питаться будущим твоим. 23 августа 2011

Итоги поездки в Петербург

Господь на время слякоть вытер, каменьев в лужу набросав, и вот он получился — Питер! России гордость и краса. мы эту грязь с тобой месили века, с Петром и без Петра, так что ж ты лыбишься, Россия, как будто зелья перебрав? как будто сотни лет в бреду и не в силах морок разорвать опять по Невскому бреду я, и он мне нравится, опять… 4 октября 2011 г.

Сон о бесценном и бесцельном

Вся знать страны в огромном зале, восторги, речи и цветы, юнцы с горящими глазами строчат уверенно твиты, полков партийных командиры, душ человеческих ловцы, актеры, жулики, банкиры, певцы, злодеи и пловцы… а мы с тобой сидим за сценой, там, где не нужен свет и грим, и о бесцельном и бесценном вполне обсценно говорим… 10 октября 2011

Костры амбиций

Мы ведь никогда не знаем сами, Что там на уме у высших сил… Мне приснился человек с усами и за Ладогу прощения просил, За вранье, за партию, за вбросы, И за то, что повторить я не берусь, И слеза его, стекая к носу, Твердо курс брала на правый ус. Только что не рвал себе рубаху, Так хотел спасенья, но тогда Я сказал — ты будешь послан на х.. Всеми, сразу, быстро, навсегда. Ты пойдешь нахоженным маршрутом, Мы тебе рукой помашем вслед, Жалко, даже грустно почему-то, Но иного, к сожаленью, нет… Он обиделся. Сгустились тени, Сон мой растворился сам собой. В отблесках горящих бюллетеней Кто-то брел известною тропой… 12 января 2012 года

Ноктюрн

я хоть и связан был, но собран, мешок, готовый ко всему, когда подвалами минобра меня приволокли к Нему, и я лежал, глотая стоны, а он так легок был и быстр, что мне казался невесомым, образования министр, и, взгромоздив меня на дыбу, он бил по ребрам и орал: а вы ноктюрн сыграть смогли бы? и я играл ему, играл… 20 февраля 2012 г.

Слушая мертвых поэтов

слушая мертвых поэтов, которых когда-то я знал не то чтобы близко, но все же, (в географической точке степного пространства я был послучайнее их и моложе немного)… так вот, слушая мертвых поэтов, живых и простых, гениальных, сложных, ленивых и пьяных, любимых и злых… слушая мертвых поэтов, которых когда-то давно я мерил своею же меркой, и нас обдувало одним теплым степным дуновеньем, и мы не могли надышаться, и думали — все впереди, и что надышаться успеем… слушая мертвых поэтов, веселых наивных пророков, я неожиданно понял, что и они не успели, и мы не успеем, поскольку это и есть настоящая жизнь: когда ты идешь в темноте, сквозь плотный сгустившийся воздух, теплый и вязкий, размывающий все очертанья, идешь — и боишься начала восхода холодного Солнца, ждешь и боишься рассвета, а он непременно приходит, но не сразу ко всем, постепенно, то к одному, то к другому… и вот, в ожидании утра, я слушаю мертвых поэтов… 4 марта 2012 года