Главное — глубоко дышать. Вдох-выдох, еще вдох — и снова выдох. Главное — успокоиться. Поверить в то, что мама уговорила стаю сесть в самолет, зная, что он обречен, невозможно. Но стая права. Концы с концами тут, как ни крути, не сходятся. В груди давит, живот разболелся. Короче, полный психоз.

— А может, Джеб маму силой заставил, — хватаюсь я за последнюю соломинку.

— Макс, мама тебя любит. — Ангел подходит ко мне и ласково обнимает. — Я это чувствую. Беда только в том, что все, кто с Группой Конца Света связан, ради идеи и любовь, и все человеческое от себя подальше отодвигают. Конец Света им важнее, чем кто кого любит. Может, и твоя мама, и все они думают, что они благое дело творят?

Мне не сдержать стона. Закрываю глаза руками, и мне мерещатся непроницаемые лица зомби с пустыми стеклянными глазами.

— Нет никого опаснее тех, кто действует во имя благого дела.

Я снова считаю до трех и сосредоточенно дышу, пытаясь унять разгулявшиеся нервы. Смотрю в пол, в потолок, но только не ребятам в глаза. Вот бы залезть сейчас в нору поглубже, затаиться и ни о чем не думать.

Вдруг на меня накатывает волна гнева. Это я сама во всем виновата. Нечего людям доверять. Нечего подпускать их к себе и уж тем более к стае. Мама — мое самое уязвимое место. А я — наивная идиотка. О чем я только думала!

Полная решимости, поднимаюсь на ноги:

— Может, вы, ребята, правы. А, может, мы все ошибаемся. Но пока мы не узнаем хоть что-то наверняка, пока я не удостоверюсь, что информация наша стопроцентно надежная, наша главная задача — защитить стаю от всех и вся.

— Чего-то я не пойму, что ты имеешь в виду? — дергает меня за рукав Надж.

— А то, что мы сейчас же немедленно все поклянемся никогда никому из взрослых не верить ни при каких обстоятельствах.

Глаза у Надж становятся размером с блюдца, и даже Дилан удивленно поднимает брови.

Выбрасываю вперед кулак. Один за другим Игги, Надж, Дилан, Ангел и Газзи строят нашу всегдашнюю кулачную пирамиду. И, наконец, Тотал, вспорхнув в воздух, кладет свою лапу на кулак Газмана. Вот он, символ нашего братства, нашей верности друг другу, что бы ни случилось, какие бы горести и беды нас ни подстерегали. А горестей и бед нам нынче не занимать.

— Ладно, без взрослых еще и лучше. — Газзи беспокойно ерзает на стуле. — А что теперь?

— Теперь Элла! Элла к взрослым никакого отношения не имеет. Если она во всем этом сознательно замешана, надо из нее побольше информации вытряхнуть. А если она — просто жертва этих фанатиков, ее срочно спасать надо.

— Конечно, спасать. Элла не виновата, — вступается за нее Игги, а я вспоминаю, как последние две недели он за Эллой, как слепой кутенок, хвостом ходил.

— Конечно, не виновата. — Надеюсь, он поймет, что я перед ним извиняюсь. — Но на всякий случай надо хорошенько дом обыскать. Вдруг найдем какие-нибудь улики. Стая, за дело! — командую я.

Все разбежались по комнатам и с энтузиазмом принялись обшаривать все углы и закоулки дома. Будто лучшего развлечения, чем копаться в чужом добре, и представить себе невозможно. Час спустя мы собрались в кухне, но никаких ответов на наши вопросы нигде, ни в доме, ни в мамином, ни в Эллином имуществе мы не нашли.

— Зато я вот что обнаружил. — Газзи подпрыгивает на месте и достает зеленую коробочку. — Газ-В! «В» — значит «для взрывов». Я вот что придумал: присобачу детонатор и…

— Ты это в аптечке нашел? — интересуется Дилан.

— В аптечке, а что?

— Это лекарство от живота. — Губы у Дилана дергаются в с трудом сдерживаемой улыбке. — Вон, читай, — показывает он на этикетку, — «От газов в кишечнике. Внутренне. Не взрывоопасно».

Газ сник, а Игги ржет, как конь:

— Давай, Газзи. Давай всю коробку сразу глотай!

— Я за! — хихикает тихонько Тотал. — Глотай скорей!

— Так! — Я грозно нахмурилась. — Проехали. Кто-нибудь еще что-нибудь нашел?

Игги понуро смотрит в пол.

— Я вот что нашел. — И он кладет на стол мобильник. — Это Эллин. Не больно-то приятно было в ее шмотках рыться. Но если с его помощью мы сможем ее отыскать, может, это ничего.

Надж с минуту возится с мобильником, снимая блоки защиты.

— Ну? И где твои хваленые хакерские таланты? — торопит ее Газ. — Все порастеряла? Чего ты копаешься?

— Ничего я не порастеряла. Здесь просто кодов и блокировок куча. Я ничего подобного раньше не видела. Подождите-подождите. По-моему, я в него влезла. — Надж берет тоненький провод и подсоединяет мобильник к лэптопу. — Вот так. Теперь всем будет видно, что в телефоне загружено.