Башенные часы пробили полночь, и худшие опасения подтвердились. Центральная аллея была так же темна, как и прежде. Ни единого огонька не озарило ночного парка. Глеб не знал, долго ли стоял, напряженно всматриваясь в ночь. Облака, подсвеченные луной, отливали платиной и подобно серебряным ладьям плыли по иссиня-черному небу. Вот одно из них стало ярче других. Сердце Глеба забилось чаще. Сгусток света принял очертания всадника на коне. Грива и хвост великолепного животного развевались на ветру, как языки голубоватого пламени. Конь мчался галопом, постепенно спускаясь все ниже. Там, где он пролетал, облака расходились, обнажая звездное небо, и от этого казалось, будто звезды искрами разлетаются из-под копыт.

Пробили башенные часы. Рыцарь подъехал к дворцу. Он не сошел на землю, а остановился так, чтобы Глеб, смотрел на него снизу вверх, словно тем самым хотел подчеркнуть свое превосходство. Копыта коня опирались на небеса, точно на твердь. Величественный и могучий, призрак спросил:

— Ты готов отдать долг?

— Да. Вот ваш кошелек. Теперь я вам ничего не должен.

Глеб протянул на вытянутой руке кошелек с серебряным гербом.

— Хорошо, — кивнул рыцарь, и плюмаж на его шлеме колыхнулся.

Тотчас кошелек стал таять, точно дым, пока не исчез вовсе. Глеб ошеломленно глядел на свою протянутую, как для подаяния, пустую ладонь, а потом в смущении спрятал руку за спину.

— Теперь, когда ты вернул долг, я не могу неволить тебя и хочу сделать предложение как равному, — тихим, вкрадчивым голосом проговорил Лунный рыцарь. — Оставь бренную землю, и я подарю тебе бессмертие.

— Нет, я хочу быть свободным, — отказался Глеб.

— Глупец, человек никогда не бывает свободен. Я предлагаю тебе бессмертие и покой. Взамен ты выбираешь быстротечную жизнь и вечные тревоги. Это ты называешь свободой?

— Может быть, когда я доживу до старости, как вы, мне и захочется продлить свои годы, — пожал плечами Глеб.

— Что такое, по-твоему, старость? — с ноткой презрения в голосе произнес призрак и снял с себя шлем.

Глеб ахнул от удивления, увидев совсем молодое лицо. На вид рыцарь был немногим старше него самого, лишь в подернутых льдом глазах прошедшие века оставили свой след. Рыцарь усмехнулся:

— Удивлен? Я принял бессмертие, когда мне было восемнадцать. С тех самых пор старость обходит меня стороной. Ты тоже не будешь знать ни дряхления, ни болезней. Разве это не благо?

— Наверное, благо, и все же я должен отказаться. Я нужен здесь, на земле, — упрямо заявил Глеб.

— Для чего?

— У меня есть родители, друзья, подданные.

— Ты собираешься править этой страной и сделать людей счастливыми? — насмешливо произнес рыцарь.

— Во всяком случае, я буду стараться.

— Люди этого не стоят и никогда не оценят. Поверь мне, я уже прошел через это. Как бы хорошо ты ни правил, все равно найдутся недовольные.

— Почему вас так волнует моя судьба? Что вам с того, если я стану больным и дряхлым или не сумею управлять страной? Неужели вам мало, что я вернул кошелек? Вы ведь обещали, что отпустите меня, как только верну долг, — в отчаянии напомнил Глеб.

Рыцарь немного помолчал, а когда снова заговорил, в его голосе звучали грустные нотки.

— Много веков у меня нет никого, с кем я мог бы поговорить и поделиться своими мыслями. Встретив тебя, я впервые увидел равного себе и по происхождению, и по разуму, и по духу. Я хочу, чтобы мы были друзьями. Взвесь все, и я надеюсь, у тебя хватит здравого смысла ответить согласием. Подумай, перед тобой вечность. Редко кому выпадает шанс стать бессмертным.

— Мне не нужна такая вечность! — с горячностью выпалил Глеб. — Что вам дало бессмертие? Вечное одиночество? Вы, могущественный рыцарь Луны, просите меня, простого смертного, стать вашим собеседником. Вот цена вашего бессмертия!

— Придержи язык. Ты играешь с огнем, — предостерег его рыцарь. — Не пройдет и полувека, как ты будешь горько сожалеть о своем упрямстве.

— Пусть так, но это моя жизнь, и я хочу ее прожить, — твердо сказал Глеб.

— Жаль, что ты выбрал такой путь. Я не стану отговаривать тебя, — бесстрастным голосом произнес Лунный рыцарь и снова надел шлем.

Забрало скрыло его лицо. Всадник тронул поводья, конь беззвучно переступил копытами, и плюмаж колыхнулся в такт движению. Призрак продолжал:

— Не в моих правилах вмешиваться в дела смертных, но ты напомнил мне об юности. Есть люди, отмеченные от рождения. Ты один из них. Может быть, тебе предначертано исполнить на земле то, чего не удалось мне. Я хочу, чтобы тебе улыбнулась удача, поэтому напоследок дам совет. Ты можешь стать великим правителем, но возле тебя вертится ведьма, которая поставила своей целью погубить тебя. Бесовка хитро придумала украсть у тебя кошелек и расправиться с тобой моими руками. На этот раз она отказалась от своих планов и подбросила кошелек, чтобы досадить мне. Но это не означает, что она снова не попытается тебя уничтожить.