Горячие головы распалялись все сильнее и сильнее, брызгали слюной, потрясали кулаками, а затем решились…

Тяжелый крейсер Шестого флота ушел в звездное скопление лишь для того, чтобы его возвратили через некоторое время мертвым остовом, который больше напоминал решето, а не доблестный военный корабль землян. Феи очень явственно дали понять, что присутствие людей на их территории будет наказываться самым жестоким образом.

Люди, как раса склонная закрутить конфликт не подумав о последствиях, объявили ивлисам войну. Она продлилась ровно два дня. Шестой и Двенадцатый флот сектора Артис на всех парах, под боевые марши, шли жечь и убивать мерзких фей, желая отомстить за погибший крейсер. Навстречу армаде из Спирали смерти выпрыгнули две тени. Два ивлиских крейсера, точные копии того, что сейчас преследовал дряхлую «Ратри». Выпрыгнули, дали один скупой залп, уничтоживший почти весь флот и, скользнув в гипер, исчезли, оставив после себя гору космического мусора некогда бывшего гордостью космического флота землян.

Так бесславно окончилась эта битва. Технологии земных звездолетов слишком отставали по сравнению с ивлискими. Продолжать войну, и терять корабли не имело смысла. Во вселенной достаточно места и без «Водоворота», пусть ивлисы подавятся своей драгоценной галактикой! Люди перестали исследовать этот сектор космоса, оставив фей заниматься их таинственными делами…

– Дерк умер, от потери крови, – голос, раздавшийся за спиной Андрея, отвлек от воспоминаний. – Робо-док ничем не мог помочь.

– С такими ранами не живут, – вздохнул Пискунов и покачал головой. – Мир его праху! Он ведь был католиком?

– Какая разница? – раздраженно нахмурился пришедший в рубку человек. – Все скоро будем там, если Ольсен не починит гипер.

Маленький, приземистый толстячок с мощной челюстью и пышными усами песочного цвета был биологом неудавшейся экспедиции. В руках он держал старенький излучатель. Сейчас все оставшиеся в живых члены экипажа носили оружие. Нуль-шишиги находились где-то в корабле, поэтому стоило быть на чеку и держать излучатели наготове. А то, что эти зловредные твари еще дадут им прикурить, Андрей нисколько не сомневался. Ведь вывели же они из строя гипер, заставив «Ратри» перейти со световой на стандартную тихоходную скорость и вновь вывалиться в обычное пространство.

– Излучатели нам для того, чтобы успеть застрелиться, – совсем недавно кисло пошутил Пискунов.

Но, как и следовало того ожидать, никто не засмеялся.

Андрей закрыл глаза. Дерк умер. Потерю врача теперь ничем не восполнишь. Андрей с удивлением осознал, что думает о Дерке как о предмете, полезном предмете, а не человеке. Эти последние несколько часов слишком сильно изменили его. Да что там! Не только он изменился.

Кок постоянно дрожит, озираясь по сторонам, О'тул мрачен, как предгрозовое небо…

Сколько же их теперь осталось на борту Ратри? Четверо. Нет, пятеро, если считать Вана.

– Как Ван, О'тул?

– Плохо, – все также хмуро ответил усатый ирландец, а потом, немного поколебавшись, добавил:

– Капитан.

Андрей невесело усмехнулся. «Капитан». Сегодня у всего экипажа «Ратри» внеплановое повышение. Он, второй пилот, как единственный оставшийся в живых офицер, стал капитаном, Пискунов из рядового кока превратился в нажимателя кнопки гипер-прыжка. Смешно? Может, так и было бы в других обстоятельствах, но не сейчас. В данный момент им всем хотелось оказаться где-нибудь в другом месте, подальше от этого ужаса, подальше от «Водоворота», подальше от Вана и его нуль-шишиг. Например, на Земле, до которой лететь семнадцать с огромным хвостиком миллионов световых лет.

– Ван не успокоился?

– Все такой же, – О'тул сказал, как плюнул. – Орет без остановки про тварей, которых он взял на борт, черные дыры и звезды. Я так и не решился его развязать. Он требует излучатель, чтобы избавить нас от мучений… Ты бы посмотрел, капитан. Может он тебя послушается и заткнется?

Последние слова толстый ирландец произнес с мольбой в голосе. Внезапное сумасшествие ранее тихого и скромного планетолога пугало Патрика.

– Идем, – вздохнул Андрей, вставая с капитанского кресла.

«Ратри» шла на автопилоте, и непосредственной нужды в пилоте сейчас не было.

– Сашка, следи тут за всем. Если Ольсен наладит джампер, уходи в прыжок.

– Если наладит, – оптимизма у кока было даже меньше, чем у звездолета шансов спастись от ивлиского крейсера.

– Ольсен, – Андрей включил интерком. – У тебя десять минут, чтобы наладить джампер. Не успеешь, можешь заказывать заупокойную! Феи близко!

Из интеркома послышался треск, а затем раздраженное рычание. Механик не любил, когда его отвлекают во время работы.

– Вот видишь, Ольсен трудиться, не покладая рук, – успокоил кока Андрей. – Не пройдет и пяти минут, как мы отсюда свалим, и не один крейсер фей нас не сможет достать.

Никто, включая и самого Андрея, в эту ложь не поверил. Они уже один раз скрылись в гипере. Звездолет уже шел на световой, когда шишиги сгрызли целый кусок гипер-привода, заставив «Ратри» уходить от преследования на обычных дюзах.

Не один земной корабль не знает, когда другой выходит из гипера. Крейсер фей знал. Он не прошел мимо, он выпрыгнул следом за покореженным звездолетом. О появлении фей свидетельствовала яркая вспышка закрывающихся гипер-ворот где-то далеко позади корабля землян. Феям не было нужды торопиться, жертве не уйти. Андрей это понимал также ясно, как ивлисы. Даже уходи «Ратри» на гипере, феи все равно не отстанут, и последуют за ними. Единственный шанс для людей это выпрыгнуть где-нибудь в самом сердце Галактического Содружества, на оживленной звездной трассе. Затеряться среди других, тем более что ивлисы отчего-то не спешили появляться в сердце миров людей, хотя родись у них такое желание, никто бы не посмел остановить грозных фей.