При этих словах учитель стиснул мою руку до боли. В его глазах сверкнуло бешенство. Его отец знал слабые места своего сына… Или правда не понимал, насколько тот привязан ко мне. Но я отметила, что реакция Роя неприятно удивила Ару-старшего. А я… вдруг поняла, что мысль о том, что у нас могут быть дети, мне приятна. И от этого еще больше хотелось сбежать отсюда, от этого разговора, от этих взглядов.

Я думала, что Юлиус меня ненавидит. Но на лице Никодемуса Хейга видела плохо скрываемое раздражение. Было ясно, что меньше всего он сейчас желал объясняться с какой-то пигалицей вроде меня. Так уж вышло, что от этого зависела свобода его сына.

И Хейг заговорил:

– Предлагаю перейти сразу к делу. Так уж вышло, что вы приглянулись моему сыну, леди Суру. Лукиан любит поразвлечься. Иногда он переходит границы. Но он сильный бессмертный и приносит пользу городу. Поэтому наместник заинтересован в том, чтобы мой сын остался на свободе. И дает нам возможность договориться. Вы можете отозвать свои претензии.

– В обмен на что? – фыркнул Рой. – Хотите купить ее? Не выйдет.

– Помолчи, – бросил ему отец.

А Хейг продолжил:

– После тех подарков, которыми вас щедро осыпает Рой, предполагаю, что деньги вас не интересуют. Поэтому у меня есть более интересное предложение.

Он замолчал и выжидающе посмотрел на меня. Я подозрительно спросила:

– Какое?

– Сведения, леди, – хищно улыбнулся он. – Я сотрудничал с Лиором Шенданом, пока он гостил в Эйенкадже. И, разумеется, приглядывал за ним и его помощником. Думаю, некоторые дела врага будут вам весьма интересны. И я готов поделиться тем, что разузнал. В обмен на то, что вы отзовете свои претензии.

– Сначала информация, – сказал Рой.

– Нет, – возразил Хейг. – Сначала леди вместе со мной придет к наместнику и откажется от обвинений. Как только мы войдем в зал, я передам вам папку, где собрано все, что смогли узнать мои соглядатаи. И, поверьте… роду Суру это будет очень выгодно. Однажды вы покинете этот город. И захотите облегчить участь своей семьи. Или восстановить репутацию рода…

Больше он ничего не сказал. Но и этого было достаточно, чтобы привести меня в смятение. Учитель снова сжал мою ладонь, на этот раз мягко и успокаивающе. Это помогло прийти в себя. Я не могла отвести взгляд от зеленых глаз Никодемуса и лихорадочно просчитывала в уме все ходы.

Мог ли он узнать о Шендане что-то полезное? Мог. Но также мог и обманывать. Возможно, его сведения не стоят и ломаного гроша, и меня держат за дурочку, которая развесит уши и поверит в сказки о восстановлении репутации рода. Только обвинительный приговор для Шендана оправдает моего отца. Возможно ли, что Никодемус Хейг узнал что-то действительно важное?

Наконец, я сдалась:

– Мне нужно подумать.

Во взгляде рыжего промелькнула досада, но он быстро взял себя в руки и ответил:

– Думайте леди. Надеюсь, пары дней вам хватит. Если Лукиана переведут в городскую тюрьму… Я буду искать не переговоров с вами, а мести.

С этими словами он встал и вышел не прощаясь. Дверь хлопнула, и Юлиус Ару мрачно произнес:

– Думаю, пришла моя очередь говорить.

Рой подобрался и процедил:

– Ты уже все сказал. Достаточно. Я не изменю своего решения. Ариенай будет моей женой, хочешь ты того или нет.

– Ариенай будет падалью, после того как до нее доберется Лиор, – рыкнул его отец. – Но я в силах защитить ее. Кендал попал в затруднительное положение. Ему нужен фиктивный брак. Пусть девчонка выходит за него, только на бумаге. И я позволю тебе оставить ее рядом… Позволю тебе делать с ней все, что пожелаешь… Можешь держать ее при себе, раз она способна бороться с твоим проклятьем. Можешь сделать ее любовницей. Я закрою глаза на пересуды и репутацию рода. В конце концов, дочь кровника в постели лучше, чем она же под венцом. Отказываться глупо…

– Оставлять меня в живых тоже было глупо, но ты это сделал, – парировал Рой.

– И вот чем ты мне отплатил за это!

Учитель исподлобья взглянул на отца и бросил:

– Ну так убей. Твой человек сопровождает меня повсюду. От его оружия я не смогу защититься. Один арбалетный болт способен избавить тебя и от меня, и от позора.

Огонь за их спинами вспыхнул одновременно. Не отрываясь, отец и сын сверлили друг друга глазами, выпуская на волю магию, желая показать свою силу, подавить противника. Но никто не мог взять верх, и скоро огонь начал затухать. Я не смогла сдержать вздох облегчения.

Ару-старший презрительно скривился и сказал:

– Она же без огня… Ты уверен, что тебе нужно рядом вот это?

На этом его терпение иссякло. Огненный поднялся и вышел вслед за своим другом. Учитель продолжал напряженно смотреть ему вслед. Я осторожно погладила его по руке и позвала:

– Рой…

Это звучало довольно жалко, но в следующий миг меня снова сжали в объятиях. Не знаю, чего он хотел больше: утешить меня или утешиться самому.

– На что ты рассчитываешь? – прошептала я, глядя в потемневшие глаза.