Глава третья

Джереми

На какой-то безумный миг Джереми подумал, что он выйдет из комнаты первым. Это всегда было непростой задачей, поскольку в соответствии с давней расстановкой мест за столом дети Уилшир-Нокс располагались в возрастном порядке. Кресло Джошуа было, по сути, декорацией, так что Аннализа была единственным препятствием. Обычно она спешила покинуть его, и из-за его присутствия неизбежно начиналась драма, но сегодня она отвлеклась, отвечая на несколько сообщений. Джереми смог встать раньше нее и дошел до двери в столовую, прежде чем мать остановила его резким:

– Джереми.

Это сработало как якорь, остановив его в двух шагах от свободы.

Джереми повернулся к ней лицом, но Матильда уже отвлеклась, помогая Уоррену застегивать запонки. Уоррен уходил выпить с кем-то из своих коллег. Джереми пожалел, что они вместо этого не поужинали вместе и не избавили его от стресса этим вечером, но в последнее время удача отвернулась от него.

Аннализа нетерпеливо оттолкнула Джереми со своего пути, когда поравнялась с ним. Уоррен шел прямо за ней и не подал виду, что заметил своего пасынка, стоявшего в стороне. Брайсон остался сидеть за столом. Матильда бросила на него холодный взгляд, когда остальные ушли.

– Тебе еще что-нибудь нужно?

– Я допиваю свой чай, - сказал Брайсон, но даже не попытался сделать глоток.

Задержался, чтобы подслушать, и они оба это знали, но Джереми не мог уличить его в этом, а Матильда не стала тратить свое время, делая это за него. Она молча приняла ложь Брайсона и бросила проницательный взгляд на Джереми.

– Твои руководства по вступительному тесту для юридического факультета все еще в упаковке, - сказала она.

Запечатаны, да, и спрятаны в нижнем ящике его стола. То, что она рылась в его комнате, уже не удивляло его. Годы на восстановление ее доверия, были потрачены впустую; один звонок из полиции, и она всегда будет предполагать худшее.

Он колебался слишком долго; ее тон был суровым, когда она произнесла:

– Объяснись.

– Еще слишком рано волноваться, - успокоил ее Джереми.
– У меня еще есть время.

– Чем раньше ты подашь заявление, тем больше у тебя шансов, - сказала Матильда.
– Тебе следовало пройти тест этой весной; в противном случае следовало записаться на летний период. Приемная комиссия скоро откроется, а ты еще далеко не готов. Это не тот тест, ради которого можно просто встать с постели. Ты ведь понимаешь это, не так ли?

Брайсон наклонил свою чашку в сторону Джереми.

– Я же говорил тебе, да? Он планирует провалиться, чтобы снова поставить нас в неловкое положение.

Матильда неодобрительно поджала губы.

– Джереми.

– Это не так, - возразил Джереми.
– Я не планирую. Лето просто ускользнуло от меня, потому что я помогал Жану адаптироваться к Лос-Анджелесу.
– Прошло слишком много времени, прежде чем он осознал, что эта встреча была вызвана нападением на Жана. Джереми не смог сдержать нетерпения: - Жан Моро, переведенный студент, на которого вчера напали в кампусе.

– Новейший Троянский педик, - сказал Брайсон.
– Ты уже спал с ним?

Джереми набросился на него с вопросом:

– А что? Уоррен покупает еще одну «Бэху»?

Голос Матильды был как удар хлыста:

– Джереми Алан.

Джереми отвел взгляд от холодной усмешки Брайсона, и это лишило его последних сил.

– Он перешел все границы.

– Брайсон, перестань настраивать брата против себя, - сказала Матильда.
– Иди, сейчас же.

Брайсон допил чай, отодвинул пустую чашку в сторону, чтобы кто-нибудь другой мог ей заняться, и вышел из комнаты, напоследок хитро улыбнувшись Джереми. Джереми пожалел, что в столовой нет двери, которую он мог бы захлопнуть за Брайсоном. Ему пришлось довольствоваться тем, что он скрестил руки на груди с такой силой, что заболели ребра. Когда он снова повернулся к матери, в ее глазах не было ни сочувствия, ни тепла, только разочарование. Однажды он перестанет искать чего-то большего.

Она молчала несколько мгновений, прежде чем неохотно спросить:

– А ты?

– Нет.
– Когда она выглядела неубежденной, он повторил: - Нет. Он даже не в моем вкусе.

Абсолютная ложь, но правда была такой запутанной, что она не могла с ней справиться. Она была настолько обескуражена напоминанием о том, что у Джереми есть свой типаж, что не стала настаивать. Джереми отвел взгляд, пока она пыталась найти эмоциональную точку соприкосновения где-то между сожалением и отвращением.

– Я бы хотела, чтобы ты разобрался с этой девушкой. Та, у которой ты постоянно бываешь в гостях, как бы ее ни звали. Дочь дипломата была бы для тебя хорошей партией.

– Этого никогда не случится.

– Неужели это действительно так ужасно - попытаться? Она достаточно хорошенькая, учитывая все обстоятельства.

Джереми точно знал, что она имела в виду под «учитывая все обстоятельства», и этого было достаточно, чтобы у него скрутило живот.

– Господи, мам. Пожалуйста, мы можем не делать этого сегодня?