В общем, когда я выхожу из комнаты, моя внешность превращается из милой и интересной в гротескную. Неудивительно, что Вивьен считают безобразной.

— Не посрами нас!
– летит в спину от леди Роуз.

Я раздраженно дергаю плечом и спешу за Мэри, на долю которой пала миссия сопровождать меня в гостиную к посетителям.

***

Очень хочется рассмотреть все имение, портреты и картины на стенах, красивые канделябры, лепнину. Но Мэри спешит, я стараюсь не отставать.

Мы спускаемся по широкой мраморной лестнице в большой светлый холл, сворачиваем налево и оказываемся перед белоснежными дверями. Лакей услужливо приоткрывает створки, я ступаю за порог. Мэри остается в коридоре. Несмотря на то, что именно она меня обозвала жабой — я вспомнила, как Сара ее одернула, назвав по имени — без присутствия служанки чувствую себя немного неуверенно. Хотя чем именно это присутствие мне смогло бы помочь, не знаю.

Глубоко вдыхаю и высоко поднимаю подбородок. Пусть я и жаба, зато гордая жаба, самая главная жаба в этом болоте!

Взгляды присутствующих скрещиваются на мне. Оказывается, в гостиной собралась целая компания: две девушки и двое мужчин. Они вполне приятно, судя по всему, проводят время. И девочки, явно не рады еще одной в их тесной компании. Обе белокурые куколки, красиво наряженные в розовое и голубое платья, тонкие и стройные, как былинки и очень похожи на леди Роуз. Случайно, не Селеста и Гортензия? Мои более обласканные вниманием сестры.

Один из мужчин, светло-русый, в кофейном костюме, сразу вскакивает на ноги и направляется ко мне, второй, шатен в черном, остается у окна. Сложив руки на груди, он одаривает меня мрачным взглядом, смотрит так внимательно, словно пытается залезть в мысли.

Мои щеки вспыхивают. Хочется пулей вылететь из этого змеиного гнезда, но я помню, кто здесь самая главная жаба и еще выше задираю подбородок.

А русый уже подходит почти вплотную, неожиданно хватает мою руку и прижимает к губам.

– О, Вив, я так рад видеть, что тебе уж лучше. Ты даже не представляешь, как беспокоился о тебе!

Ошарашено хлопаю ресницами. Ты посмотри, какой быстрый парень.

— Лорд Спайк?
– аккуратно высвобождаю ладонь. Не люблю, когда касаются незнакомцы.

— Ты до сих пор обижаешься? Лорд Спайк?
– хмурится. — Я не хочу быть для тебя лордом Спайком. Я хочу быть снова Джеффри, — в голосе появляются соблазнительные бархатные нотки. Он смотрит так искренне, честными голубыми глазами, что я невольно отступаю на шаг. Какой-то подозрительный.

— Неужели не заслуживаю поцелуя?

Девушки на софе тихонько хихикают. Противно так, издевательски.

Я держу голову ровно, не трогаюсь с места.

– Раньше ты меня не так приветствовала… Бросилась бы на шею… обняла, - качает головой жених.

Я не представляю, на что могла обидеться Вив. В голове ни единой идеи. Но, судя по тому, что Спайк расстроен, а не удивлен, напортачил он знатно. Пусть тогда так и остается. Бросаться на шею тому, кого вижу впервые, а тем более целовать, нет никакого желания. А еще, как ни стыдно признаться, боюсь, что моя грудь просто вывалится из корсажа, а платье треснет, стоит только сделать лишнее движение. И так дышать тяжело. А стало еще труднее, потому что тот красавец у окна продолжает испепелять меня странным подозрительным взглядом.

— Хорошенькое платье, Виви, — наконец-то отзывается одна из блондинок, в розовом платье с пеной белых кружев. Она прикрывает пальцами рот и жеманно хихикает. Блондинка рядом, в голубом, тихо фыркает и прячет лицо за веером.

– Нравится?
– поднимаю брови. — Я дам поносить.

Интересно, кто это — Селеста или Гортензия.

— Не думаю, что оно мне подойдет, — еще громче начинает хихикать.

А чтобы скрыть, берет аккуратно двумя пальчиками из подноса пирожное и откусывает маленький кусочек. Ну и гадюка!

— Подойдет, — уверяю.
– Если и дальше будешь налегать на сладкое.

Розовая давится, закашливается. А голубая глуповато продолжает хихикать. И я замечаю, как губы мужчины у окна вздрагивают в едва заметной улыбке.

— Вив, — шипит лорд Спайк. Прямо мне на ухо.
– Ты на себя не похожа. Зачем обижаешь Селесту?

Итак, Селеста — мысленно делаю пометку. В глазах ни капли раскаяния.

— Наверное, после болезни чувствуешь себя еще не совсем хорошо, — предполагает.
– Присядем?

— Я прекрасно чувствую себя, — сияю улыбкой. — Чего не скажешь о Селесте, — стреляю в нее издевательским взглядом. Приятно смотреть на это красное лицо. Воображаю, сколько кровушки они попили у Вивьен. Но к диванчику себя провести позволяю, наивно рассчитывая, что, когда сяду, корсет будет меньше давить.

Блондинки теперь напротив. Лорд Спайк устраивается рядом, а незнакомец так и остается у окна.

– Торнтон, ты так и будешь там сидеть? Присоединяйся к нам, — предлагает мой жених.