Он представил, что живет в подобном месте, работает на какой-нибудь низкооплачиваемой работе, арендует домик на ранчо, который ремонтирует в свободное время. Возможно, он познакомится с хорошенькой вдовой из местных или одинокой молодой матерью, и они понравятся друг другу, а потом начнут встречаться…

Нет, нельзя смотреть так много фильмов.

Официантка принесла счет. Глен расплатился, оставил чаевые и вышел на улицу. Воздух был горячим, неподвижным и очень сухим – как в детстве, когда они жили в Финиксе. Машина стояла прямо перед рестораном, на маленькой парковке, но ему не хотелось садиться за руль, и он решил прогуляться, потратить часть калорий, которые только что потребил.

Глен пошел в центр по узкой тропинке через заросшие сорняками участки вдоль дороги. Он еще из машины заметил, что все лавки закрыты – воскресенье, но теперь мог заглядывать внутрь через витрины. Комиссионный магазин детской одежды, адвокатская контора, букинистическая лавка, магазин сантехники.

В одном из заведений вывески не было, но дверь оказалась открытой. Заглянув внутрь, Глен увидел фотографии и макет, похоже, индейских построек. Он вспомнил разговор супружеской пары с ребенком и, движимый любопытством, вошел.

Дребезжащий испаритель, прикрепленный к замурованному окну в глубине здания, пытался справиться с удушающей жарой, но ему удавалось лишь немного повысить влажность в помещении. Глен кивнул бородатому, коротко стриженному молодому человеку, стоящему за конторкой, и взял буклет со столика у двери. Руины Хантингтон-Меса. Обложку украшала фотография: вид с высоты птичьего полета на бывшее поселение индейцев пуэбло, превратившееся теперь в лабиринт саманных стен и горстку уцелевших построек. Внутри буклета, после описания, были помещены фотографии самых интересных объектов. Эти же фотографии, увеличенные до размеров афиш, украшали стены помещения.

Глен посмотрел на макет с маленькими фигурками в набедренных повязках – должно быть, так индейский поселок выглядел в пору своего расцвета. Затем он подошел к витрине с наконечниками для стрел, черепками и другими артефактами, найденными в руинах. Потом повернулся к мужчине за конторкой.

– К руинам есть экскурсии?

– Конечно. Пять долларов для взрослых, три доллара для детей. Пятнадцать минут езды из города, а сама экскурсия с гидом занимает около сорока пяти минут. Так что на все потребуется час пятнадцать или час двадцать. Мы предоставляем транспорт, но вы должны взять с собой питьевую воду – это обязательно. Летом очень жарко, а среди руин почти нет тени. Обезвоживание наступает быстро. Не помешает также шляпа или бандана. И солнцезащитный крем.

– Я еду, – сказал Глен. – Где записываться?

– Здесь. В музее. Но у нас всего две экскурсии в день. В десять и в два, – мужчина поднял взгляд на настенные часы. – Теперь почти час. Если вернетесь через час, то как раз начнется дневная экскурсия.

Глен кивнул.

– Я так и сделаю. Спасибо.

Он вернулся к ресторану, сел в машину и поехал к автозаправке, где залил в бак бензин и купил литровую бутылку кока-колы, а затем добрых полчаса колесил по окрестностям города, свернув на живописную проселочную дорогу, которая начиналась у заправки «Мобил» и вела к птицеферме, расположенной в узком каньоне с отвесными стенами.

В центр Глен вернулся почти в два часа. Он поспешно припарковался у тротуара перед музеем, надеясь, что успел вовремя, запер машину и вошел внутрь. В наполненной влажным воздухом комнате был только бородатый мужчина за конторкой.

– Я опоздал? – спросил Глен.

– Ничуть.

– А где же экскурсионная группа?

Молодой человек сухо улыбнулся.

– Полагаю, вы и есть группа. Не передумали? Можете отказаться, но из всех руин, что были найдены в Аризоне за последние двадцать лет, эти сохранились лучше всего. Кроме того, шанс получить персонального гида выпадает не каждый день, – он кивнул. – Кстати, меня зовут Винс.

Глен не знал, сколько пробудет в городе и вернется ли на эту улицу, и поэтому ответил, что поедет на экскурсию. Он заплатил пять долларов, и Винс запер музей, а потом повез его в джипе на низкую плоскую гору в пустыне к северу от города.

Руины действительно впечатляли. Они с Винсом прошли через первый этаж почти полностью сохранившегося сооружения из саманного кирпича, стоявшего отдельно от остальных, – ученые предполагали, что это было нечто вроде примитивного многоквартирного дома. Потом они ходили от одной полуразрушенной саманной стены к другой, и Винс рассказывал о домах из дерева и глины, которые стояли на этом месте. Гид сыпал фактами и цифрами, и Глен вежливо кивал, но слушал безо всякого интереса. Ему нравилось смотреть на руины, нравилось бродить по археологическим раскопкам, но исторические сведения его не привлекали.

В центре слегка приподнятого круга, огороженного камнями, из квадратного отверстия в грунте торчала лестница.

– Это кива, – объяснил Винс, направляясь к отверстию. – Кивы служили – и служат – церемониальными помещениями, куда не допускаются посторонние. В поселении шесть кив, но для посетителей открыта только одна. – Он достал из кармана маленький прямоугольный фонарик. – Можете спуститься и посмотреть – пожалуйста. Помещение маленькое, и поэтому когда у нас обычная экскурсия, люди спускаются по очереди, а я стою наверху и придерживаю лестницу. Но если хотите, я могу спуститься с вами.