— Представляешь, какое совпадение. Мой друг занимается той же самой проблемой и тоже пишет статьи. Могу познакомить. Его зовут Евгений Олегович Москвичёв.

Глубина Женькиного падения была ужасна. Все подсмеивались и подтрунивали над ним. От насмешников не было прохода, а количество приставших к нему кличек превышало все разумные пределы. Как только его не называли — и Компьютерщик, и Программист, и Автограф.

Женька стойко выносил превратности судьбы. У каждого в жизни бывают чёрные полосы, главное — не унывать, решил он. Зато он понял, почему знаменитости не любят журналистов. Теперь само слово «интервью» вызывало у него острую неприязнь. Ведь кто знает, как долго он оставался бы компьютерным гением, если бы паршивые папарацци не рассекретили его.

Денёк выдался солнечный. Пообедав и наскоро выучив уроки, Женька забежал за Лёхой, но тот был ещё не готов. Пока медлительный Лёха одевался, Женька стал от нечего делать читать газетные объявления.

— Во зажигают! Видал, сколько чудиков колдует? Смотри-ка, на успех в деньгах кодируют. Тебе не надо? — насмешливо спросил он.

— Лучше б меня от двойки по математике закодировали, а то скоро контрольная. Отец на уши встанет, — мрачно изрек Лёха, натягивая ботинки.

И тут в голове у Женьки будто что-то щёлкнуло. Он почувствовал прилив вдохновения, как случалось в те мгновения, когда его посещала очередная сногсшибательная идея.

— Лёха, ты гений! — воскликнул он.

Лёха искоса посмотрел на друга: шутит, что ли? Не то чтобы он считал себя дураком, но, надо признаться, гением его ещё ни разу не называли. Между тем Женька продолжал:

— Мы с тобой тоже экстрасенсами заделаемся!

Нет, не шутит. Сбрендил, понял Лёха, а вслух сказал:

— Бывают, конечно, идиоты, но не настолько же. Какой дурак к нам кодироваться пойдёт?

— А такой, какой двоек получать не хочет. Кодировать будем от плохих оценок, — уверенно заявил Женька.

Помешательство было налицо. Лёха опасливо покосился на друга и осторожно, чтобы ненароком не вызвать приступа буйства, спросил:

— Как же ты станешь кодировать, если ты этому нигде не учился?

— Пусть тупые учатся, а у меня, Лёха, природный дар. Я это прямо чувствую, -

заявил Женька. — Главное, нам нужна реклама.

— Где же мы её возьмём? — на всякий случай поинтересовался Лёха.

— Если повезёт, то во дворе, — загадочно произнёс Женька.

Выбежав из подъезда, ребята увидели возле песочницы Майку Свиридову, которая присматривала за своим младшим братишкой. Майка училась с ними с одном классе и была ходячей энциклопедией «Всё обо всех».

— На ловца и зверь бежит. Вон она, наша реклама, — довольно потирая руки, улыбнулся Женька.

Поравнявшись с песочницей, он небрежно бросил:

— Гуляешь?

— А тебе-то что? — огрызнулась Майка.

Она скользнула по Женьке взглядом и уже собиралась отвернуться, но тот неожиданно спросил:

— Чего это ты на меня так посмотрела?

— Никак я на тебя не смотрела, — отмахнулась Майка.

— Не отпирайся. Ты что, уже всё знаешь? Кто тебе рассказал? — допытывался Женька.

— Что рассказал? — наконец-то начала проявлять интерес Майка.

— Ну что я экстрасенс?

— Не ври, — не поверила Майка, но при этом глаза её от любопытства стали круглыми, точно объективы фотокамер.

— Я вру? — искренне возмутился Женька. — Меня в академии проверяли. Лёх, скажи. Мне на удачу закодировать — раз плюнуть. Был двоечником — стал хорошистом, — распалился Женька и вдруг, будто спохватившись, сник: — Ой, чего это я разговорился. Знаешь что, забудь. Никому ни слова.

— Так вот почему ты отличник, — смекнула Майка, уже не сомневаясь в правдивости Женькиных слов.

Женька многозначительно пожал плечами и попросил:

— Только ты насчёт этого не распространяйся, а то начнут приставать: закодируй да закодируй.